35-летие краха Берлинской стены не встретило экстаза на востоке Германии. Всё больше людей уверены, что при Хонеккере жили в раю...даже если это и не так

...Вы знаете, это меня феерически поражает. Казалось, такого не может быть. Но каждый раз, когда я приезжаю в Восточную Германию, число поклонников ГДР только увеличивается. Я не удивляюсь, встречая на востоке Берлина подростков в футболках с флагом Германской Демократической Республики, и слыша звучащую отовсюду музыку гэдээровских рок-групп «Силли» и «Карат». В берлинских кафе весьма популярен «ягершницель», известное в социалистические времена блюдо: обжаренная в панировке «докторская» колбаса с томатным соусом и макаронами. Если в 2009 году на востоке Германии 57 % немцев считали, что в ГДР было больше хорошего, чем плохого, то сейчас таких уже 65 (!) %. Недавно исполнилось 35 лет со дня падения Берлинской стены — ГДР просуществовала после этого ещё год, но фактически, её судьба была предрешена. Я давно не спрашиваю молодых людей, почему они с гордостью носят одежду с эмблемой ГДР, хотя родились в ФРГ, ибо заранее знаю ответ — «Там было классно, отличная жизнь, квартиры давали бесплатно, машина стоила копейки, и люди были добрее». «Откуда ты знаешь? Ты же тогда не жил». «Бабушка и дедушка рассказали, а они врать не будут».«Жили круче СССР»...77-летний пенсионер Фридрих Готлиб когда-то работал в аппарате МВД ГДР. Мы сидим в небольшой закусочной, и он с утра пораньше яростно ругает нынешнюю Германию. «Я получаю 1 000 евро пенсии. Отчаянно экономлю, не могу себе ничего позволить, постоянно урезаю расходы — поскольку плачу за "коммуналку" 550 евро в месяц. Мне остаётся 15 евро в день на продукты, и как мне вытянуть? Суп варю сразу на неделю. А в ГДР минимальная пенсия была 115 марок, и люди жили на неё припеваючи — отдыхали на море, каждый день пили пиво, да ещё и детям помогали. В 1989 году, признаюсь, я тоже чувствовал эйфорию — полагал, что Германия станет объединением двух республик с равным благоденствием её граждан. Но на деле, у меня ощущение, что ГДР оккупировали». Я заговариваю о плюсах объединения Германии, Готлиб раздражённо машет рукой. «Чего нам не хватало? Мы жили круче СССР! Пенсионеры могли свободно посещать родственников в Западной Германии, в магазинах десять сортов колбасы, рок никто не запрещал, панки с "ирокезами" на голове запросто гуляли по Берлину. Говорят — у нас сейчас демократия. Ни черта! Демократия была именно в ГДР!».Поросята с волками...Что интересно, при столь горячих восторгах, лишь 15 % восточных немцев ответили социологам «да» на вопрос, согласились бы они вернуться в обожаемую ими ГДР прямо сейчас. «Конечно, я скучаю по восьмидесятым годам XX века, — объясняет мне 56-летний владелец пивной Хайнц Гросснер. — Тогда были девчонки с длинными ногами и отличными причёсками, шнапс вкуснее, а фильмы лучше. Хонеккер поступил твердолобо и неправильно, приказав пограничникам стрелять на поражение в людей, пытавшихся прорваться через Берлинскую стену в ФРГ. Напротив, он должен был выпускать всех желающих, и уверяю вас — 90 % уже через год вернулись бы обратно. Я сам был в такой ситуации. Берлинская стена рухнула, я радостно уехал в ФРГ, думая — западные немцы наши братья, они нам рады, они нас любят. Я полагал, что поселюсь в раю с ангелами. А оказался как поросёнок среди волков. Меня там никто не ждал, и платили мне меньше, чем "западникам". Если вспомнить все бочки вранья, которыми заливали нас политики ФРГ, хочется смеяться — о, каким я был дураком! Нам обещали роскошную жизнь, но зарплаты и уровень жизни до сих пор выше в Западной Германии, а мы остаёмся нищим родственником. В 1989 году в ГДР жили 16,3 миллиона человек, сейчас — 14 миллионов. И то, наверное, пятая часть из них арабы, турки и афганцы. Люди бегут от нас куда попало».Злость на мигрантов...Да уж, кто откровенно раздражает жителей бывшей ГДР — так это мигранты. «При Хонеккере такого не было, — мрачно жалуется 68-летний бывший преподаватель русского языка Иоганн Шварцмюллер, провожая тяжёлым взглядом пару турецких женщин в хиджабах, громко разговаривающих на своём языке. — Я африканца-то в первый раз увидел в пятнадцать лет: у нас учились студенты из Африки, но мало. А сейчас улицы переполнены — суданцы, конголезцы, сомалийцы. Что они здесь делают и почему живут на мои деньги? Не поймите меня неправильно, товарищ — я не фашист какой-нибудь. Но пенсионеры в бывшей ГДР получают гроши, а мигрантам платят кучу денег — ещё и семьи свои сюда тащат, хотя я их в Берлин не приглашал». Шварцмюллер, разумеется, голосует за «Альтернативу для Германии» — ультраправую партию, недавно набравшую 32,8 % голосов избирателей на местных выборах в Тюрингии и 30,6 % в Саксонии. Это в три раза больше, чем на выборах в парламент 11 лет назад, когда «АдГ» впервые выдвинула своих кандидатов. Их предпочитают и старики, ностальгирующие по социализму, и восточногерманская молодёжь. И тех, и других злят мигранты. «У нас уже официально предложили ввести вагоны для женщин в метро Берлина!» — гневается Шварцмюллер. — Словно на арабском Востоке! Потому что к ним часто пристают исламисты. Дожили! Да, так и запишите — я скучаю по СССР! И я по-прежнему всегда на стороне русских!».Воскрешение газировки...Увидев, как в магазине я засмотрелся на «Клаб Колу», продавец начинает её расхваливать — «вкусная, прямо как раньше». Гэдээровская газировка, не выдержавшая после объединения Германии конкуренции с американской, снова появилась на прилавках: её производство возродили, ибо есть спрос. На полках всюду стоят банки с шпреевальдскими огурчиками — из региона Шпреевальд, их маринуют по особому рецепту, и в своё время ими любили закусить как глава республики Эрих Хонеккер, так и руководитель спецслужбы «Штази» Эрих Мильке. Нынешние восточные немцы охотно покупают игристое вино «Красная Шапочка», популярное при социализме, и заедают его конфетами «Халлорен Кугельн», самими известными в ГДР. Чего ж там, в Берлине открылась гостиница под названием «Остел» (ost — по-немецки восток) — с гэдээровской мебелью, обоями, со старыми телевизорами и древними радиоприёмниками в номерах: от постояльцев нет отбоя. Банкнота в 100 восточногерманских марок у берлинских торговцев сувенирами продаётся за 25 евро. «У меня дома холодильник 1975 года выпуска, и знаете, он как новенький! — заявляет мне 55-летний бизнесмен Алекс Бергман. — А сейчас что? При ГДР качественные вещи делали на целый век, и это всё, что мы потеряли навсегда»....Выходя из отеля на завтрак, я опять слышу песню «Потерянные дети» гэдээровской рок-группы «Силли». Что ж, пожалуй, потеряно всё население бывшей ГДР. Они по-прежнему считают себя иностранцами в собственной стране, не находят общего языка с западными немцами, и зарабатывают меньше их. Объединение Германии, так широко разрекламированное в 1989 году, провалилось, а надежды разбились вдребезги. Именно поэтому по поводу неидеальной ГДР всё чаще звучат похвалы, а восточные немцы не желают слышать критику в её адрес. Наверное, если я приеду на следующий юбилей падения Берлинской стены, то услышу: уже 100 % немцев уверены, что в ГДР жилось лучше. Но я не стану этому удивляться.

Подробнее читайте на aif.ru ...