Первый за два года саммит стран НАТО, состоявшийся в Варшаве 8-9 июля, утвердил общую концепцию отношений Североатлантического альянса с Россией. Она поместилась в лаконичной формуле – «сдерживание и конструктивный диалог». Пока о характере предполагаемого диалога судить преждевременно, но для сдерживания предприняты конкретные шаги – в Польше, Литве, Латвии и Эстонии с 2017 года дислоцируются четыре многонациональные бригады. Нетрудно догадаться, что не прекращающийся процесс расширения НАТО на Восток вызовет симметричный или асимметричный ответ Москвы. Почему это выгодно только ястребам по обе стороны?

Большего подарка политическим ястребам и военно-промышленному лобби на Западе, чем В«непредсказуемыеВ» действия России на Украине в 2014 году и после, было не придумать. Находившийся в поисках своего нового предназначения Североатлантический альянс получил шанс вернуться к старой идеологии конфронтации и укреплять оборонительные рубежи. Спорам о том, нужно ли сегодня западным странам военный альянс, подобный НАТО, положил конец вовсе не участник дебатов, но потенциальный противник – президент России Владимир Путин.

Однако ситуация оказалась выгодной обеим сторонам, ведь если Россия агрессор для Запада, то для Москвы Россия – жертва агрессивной экспансии НАТО. Образ осажденной крепости на руку российским силовикам, для которых новая холодная война, напрямую связанная с политикой безопасности, такой же надежный инструмент подчинения и контроля, как борьба с терроризмом, которая позволяет под убедительным предлогом ограничивать свободы внутри страны. Тем не менее то, что удобно политическому классу, расходится с интересами стран. Курс на конфронтацию с обеих сторон повышает риск вооруженного конфликта России и НАТО.

Один за всех – и все против одного

Очередной вклад в эскалацию напряжения внес варшавский саммит Североатлантического альянса. Но начать следует с того, чего не произошло: Украина и Грузия, стремящиеся влиться в военно-политический западный блок, так и не добились ни твердых обещаний, ни, что еще больше бы вселило надежду, В«дорожных картВ» по вхождению в НАТО. Для них припасли вежливую фразу об В«открытых дверяхВ», тем самым обозначив, что Запад не хочет еще сильнее провоцировать Москву и в обозримом будущем предоставлять членство в военном объединении двум странам, которые граничат с Россией. Тем более, в результате конфликтов 2008 (Абхазия и Южная Осетия) и 2014 годов (Крым, Донбасс) они утратили территориальную целостность.

Вместе с тем саммиту удалось символизировать единство блока в момент, когда Евросоюз переживает политический кризис из-за выхода Великобритании, справедливо считающейся непримиримой противницей Москвы в вопросах внешней политики. Несмотря на заявления президента Франции Франсуа Олланда о том, что Россия партнер, а не враг и потому не является угрозой, а также на критику главы МИД Германии Франка-Вальтера Штайнмайера учений НАТО в Польше В«Анаконда-16В», которые он охарактеризовал как В«громкое бряцание оружием и боевой кличВ», страны Восточной Европы добились своего. На территории Польши и прибалтийских республик с начала 2017 года решено дислоцировать многонациональные батальоны численностью от 800 до 1 тыс. человек. Таким образом, 3,2-4 тыс. военных под командованием Германии в Литве, Великобритании в Эстонии, Канады в Латвии и США в Польше будут находиться в полной боеготовности с одной только целью – отразить российское нападение.

При этом укрепление обороны Прибалтики и Польши, которая после ухода Великобритании старается занять место главной проамериканской силы в Евросоюзе, идет вразрез с соглашением между НАТО и Россией от 1997 года, по которому военный блок не может наращивать постоянно присутствующие войска у российской границы. Чтобы формально не нарушать положение документа, в альянсе пошли на уловку, объявив, что батальоны будут располагаться в указанных странах по принципу ротации – раз в полгода их состав планируется полностью менять. Однако военные базы, безусловно, будут обладать большим постоянством. И хотя антироссийская риторика и откровенный популизм восточных соседей все больше раздражают западных союзников, ради идеи единства и чтобы успокоить истерику прибалтийских республик Франция и Германия поддержали решимость отражать В«российскую агрессиюВ».

То, что стало большой уступкой для одних, другим показалось недостаточным. Так, в Польше батальоны сравнили с В«лежачими полицейскимиВ», тогда как стране нужны рубежи обороны. Саммит предваряли страшные оценки и возможные сценарии захвата Россией Прибалтики. Для этого, по разным подсчетам, российской армии потребуется всего 36-60 часов. Войска, перекрыв 65-километровый коридор, который зовется среди военных В«сувалкинскимВ», возьмут Талин, Ригу и Вильнюс в один большой котел между Калининградской областью и Белоруссией. Что в такой ситуации против военной мощи России смогут сделать четыре батальона? Генсек НАТО Йенс Столтенберг признал, что значительным военным потенциалом они, конечно, не обладают. Но это сигнал Москве и напоминание о статье 5 устава НАТΠ– нападение на одного члена альянса приравнивается к объявлению войны всему блоку.

Сдерживание на восточном фланге

Столтенберг также заверил, что В«стратегический балансВ» сил не изменится. Однако именно в Калининградской области, граничащей с Литвой и Польшей, он всегда был не в пользу России. Очевидно, что бригады, о которых идет речь, будут нацелены на российские военные части в Калининграде. До последнего времени России, согласно договору об обычных и вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), разрешалось иметь в регионе всего две мотострелковые бригады с усилением. Но после украинских событий Москва наложила мораторий на договор и укрепила собственную группировку войск. Тем не менее калининградский анклав – наиболее уязвимое с военной точки зрения место России в Европе: его могут довольно быстро блокировать с моря и суши. Чтобы купировать угрозу, Москве требуется нарастить ударную силу на территории Белоруссии, которая была бы сопоставима с возможностями польской армии. Этому препятствует прежде всего президент Александр Лукашенко, справедливо опасающийся, что российский военный контингент превысит численность белорусской армии.

В силу этого сдерживание на В«восточном флангеВ» в Москве воспринимается почти как разжигание военных действий. Представитель МИД России Мария Захарова озвучила официальную точку зрения, которая сводится к тому, что НАТО усиливается по всем В«азимутамВ». А поскольку в Москве считают, что НАТО это марионетка Вашингтона (возможно даже небеспочвенно, так как три четверти бюджета альянса приходятся на США), то вновь возникает старый дух противоборства с Америкой. Несмотря на то, что Запад последние годы обращает внимание на восстановление обороноспособности России, военный потенциал стран НАТО в Европе в 2-3 раза больше, чем российский. Понятно, что этот разрыв ввиду экономических и политических ограничений в ближайшее время непреодолим. Однако все условия для новой гонки вооружений созданы: страны НАТО согласились к 2020 году нарастить военные расходы до 2% ВВП. Значит, и Россия постарается не отставать, хотя прежние планы по увеличению военного бюджета до 200 млрд долларов к тому же сроку уже вряд ли будут выполнены.

На фоне реальных действий с далеко идущими последствиями в НАТО продолжают говорить о важности диалога в формате совета Россия – НАТО, который прекратился в 2014 году. Но там лишь будут оправдываться уже принятые решения: стороны продолжат ставить друг друга перед фактами. Проблема же заключается не в том, что Россия ведет внешнюю политику по стандартам первой половины XX век, в чем ее упрекают, и даже не в том, что Запад в рамках НАТО поддерживает живучесть старой блоковой системы из второй половины прошлого века, настоящая проблема – в отсутствии какой-либо позитивной программы сотрудничества как у Запада, так и у России.

Показательным можно считать уже то, что сам по себе саммит НАТО усиливает истерику и напряженность, будит прежнюю тревогу. Тем временем риск эскалации конфликта в Европе растет: военные бюджеты увеличиваются, войска занимают новые расположения, инциденты с самолетами и кораблями, демонстрирующими военный потенциал, все чаще попадают в новости. И хотя прямое столкновение России и НАТО считается невозможным, кажется очевидным: чем больше оружия, тем выше вероятность, что оно выстрелит.

Подробнее читайте на kapital-rus.ru ...