2026-2-13 00:03 |
«Снизойдя до ответа, сей рыцарь снегов объяснил мне, что ни человечность, ни законы войны не распространяются на животных, каковыми были, есть и останутся русские…»
320 лет назад, 13 февраля 1706 года, состоялось то, что Пётр I назвал «несчастливой саксонской баталией» — крупнейшее после Нарвы поражение в Северной войне 1700-1721 годов. Правда, поражение не собственно русских войск, а союзных — в битве при Фрауштадте под командованием генерала Маттиаса фон Шуленбурга против шведов сражалось 19 саксонских и 10 русских батальонов, а также 3 батальона французов и швейцарцев.Само по себе поражение — штука невесёлая. Но то, что произошло уже после битвы, выглядит особенно паршиво. По приказу шведского фельдмаршала Карла Густава Рёншильда пленные поверглись жестокой резне. Правда, не все: «Швейцарцев и французов тотчас поставили на довольствие, велено было накормить и саксонских солдат, предложив им выбирать, расходиться ли по домам или записаться в шведскую армию». А вот с русскими военнопленными поступили совсем не так: «Около 500 человек тут же без всякой пощады были застрелены и заколоты. Они падали друг на друга, как овцы на бойне, так что трупы лежали в три слоя. Всего же было убито более 4 тысяч русских». В «Журнале Петра Великого», который поденно фиксировал все события Северной войны, приводятся подробности: «Которые из русских солдат взяты были в полон, и с теми неприятель зело немилосердно поступил, ругательски положа человека по 2 и по 3 один на другого, кололи их копьями и багинетами». Возникает резонный вопрос — почему вдруг такая разница в отношении к пленным, которые, вообще-то, сражались под знамёнами саксонцев? Может быть, за русскими была какая-то особенная вина?Да, вина была, и очень большая. Этот выяснил шотландский офицер Томас Аргайл, служивший в саксонской армии и тоже взятый в плен: «Забыв о своем бедственном положении, я решился приблизиться к фельдмаршалу и именем Господа напомнить ему о человечности и законах войны. Снизойдя до ответа, сей рыцарь снегов объяснил мне, что ни человечность, ни законы войны не распространяются на животных, каковыми были, есть и останутся русские».Объяснение исчерпывающее. Русские виноваты в том, что они — русские. И тут не нужно искать каких-то дополнительных мотивов, мол, это всё потому, что русские — православные. Ничего подобного. Православными были, например, и запорожские казаки, те самые, к общине которых нынешние украинские идеологи возводят формирование «украинской нации». Общность веры ничуть им не мешала. Скажем, после несчастливой для Русского Царства битвы при Конотопе в 1659 году произошло вот что: «Пленных досталось победителям тысяч пять; несчастных вывели на открытое место и резали как баранов: так уговорились между собою союзники — хан крымский и гетман Войска Запорожского». Словом, создаётся такое впечатление, что все желающие попасть в «семью цивилизованных народов» должны сдать экзамен по ненависти к русским. А самый лучший экзамен — отношение к военнопленным, которых вообще-то полагается содержать более-менее достойно. Хотя бы по той причине, что на войне игра идёт в обе стороны, и твои соотечественники, взятые с бою, тоже сидят в плену — ты ведь не хочешь, чтобы их перебили или заморили голодом? В конце концов, есть ещё и такая штука, как обмен пленными. А если ты их уничтожишь, никакого обмена может не состояться...В Европе примерно так и происходило. Но вот в отношении русских мы наблюдаем какую-то звериную ненависть. Причём, опять-таки, у всех, кто состоит, или хочет состоять в «семье цивилизованных народов». Какую войну ни возьми — везде и всюду одно и то же. В России к пленным относятся как полагается, а вот русских пленных не считают за людей в принципе. То, что творилось во время Второй Мировой войны, известно всем — англичан и французов в концлагерях нацистской Германии содержали сносно, а вот русских уничтожали конвейерным методом. Но ведь точно так же было и раньше, когда, по мнению многих, ещё сохранялись «остатки рыцарского отношения к противнику».К какому-то абстрактному — может быть. Но конкретным русским никакого рыцарства не доставалось. Война 1812 года. Свидетельство генерала Филиппа де Сегюра: «Наша войсковая колонна встретила на дороге тела явно недавно убитых русских. Почти у каждого из них была совершенно одинаково разбита голова, и окровавленный мозг был разбрызган тут же. Нам было известно, что перед нами тут шло 2000 русских пленных, которых сопровождали испанцы, португальцы и поляки». А вот Крымская война 1853-1856 годов, её считают одной из последних, где «рыцарское отношение» ещё имело место. В 1854 году 2400 защитников русской крепости Бомарсунд, взятой англо-французским корпусом, поровну распределили между Англией и Францией. Их судьба весьма показательна. Крепость защищали 300 финских гренадеров. И финнов в Англии содержали неплохо — все они потом вернулись домой. А вот русских попросту морили — от голодной смерти погибло более половины пленных. В качестве оправдания приводили странные резоны. Дескать, парламент не мог определиться с бюджетной статьёй, вот русским и не давали еды в течение двух месяцев.А вот что творилось в «варварской России». В 1854 году англо-французский флот атаковал Одессу и уничтожил огнём всю прилегающую к порту часть города. Но английский колёсный пароходо-фрегат «Тигр» в нескольких верстах от Одессы сел на мель, и его команду взяли в плен. Лейтенант Альфред Ройер оставил воспоминания о пребывании в русском плену, начав с того момента, как их повели по разрушенной ими же Одессе: «Дома по обе стороны были наполнены любопытными зрителями, но никто не выражал обидного для нас восторга. Русские оказались очень добрыми и милосердными людьми. Именно тут мы осознали, что совсем ничего не знаем о своем враге. Один старый офицер в сопровождении дам подошёл к нам и, купив у пирожников и хлебников несколько корзин, раздал нам их содержимое. Затем по нашей просьбе принесли вина. Примеру этого офицера последовали другие, с радостью доставлявшие нам то, что могли достать съестного в окрестностях...» Так, стало быть, дело не в парламенте, которого в России тогда не было, а в нормальном человеческом отношении к пленным, которые хоть и противники, но всё же люди? К сожалению, Европа не понимала этого тогда, не понимает и сейчас. Русские по-прежнему считаются «недочеловеками». Созданная в ООН «Независимая комиссия по расследованию нарушений на Украине» менее года назад в своём докладе попросту промолчала о том, что российских военных, попавших в плен, подвергают страшным пыткам и издевательствам. Хотя согласно отчёту Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека, сделанному ещё в декабре 2024 года, почти все побывавшие в украинском плену военнослужащие подвергались пыткам.
Подробнее читайте на aif.ru ...
