Мифы и правда о "Матче смерти". Что стало с футболистами, победившими немцев?

2018-8-11 12:00

Вскоре после начала войны команда киевского "Динамо" оказалась разделена. Часть футболистов была организованно эвакуирована. Другая часть была призвана в армию. Отдельные спортсмены выбирались из Киева в частном порядке, и у кого-то это получилось.

Наступление немцев развивалось очень стремительно, и уже в сентябре 1941 года в Киевском котле оказалось несколько советских армий. Личный состав, не имея возможности прорвать окружение, сдавался в плен. Среди пленных оказалась и группа футболистов. Не только из "Динамо", но и ещё из нескольких клубов. За восьмерых из них ходатайствовали сотрудники киевской управы Штепа и Дубянский, после чего их отпустили.

Футбол в оккупации

Вернувшиеся в Киев спортсмены устроились на работу, в основном по довоенным специальностям — поварами, водителями, рабочими и т. д. Так продолжалось несколько месяцев, пока директор местного хлебозавода Йозеф Кордик не узнал о присутствии в городе Николая Трусевича.

Кордик был родом из чешской Моравии, но до войны жил в Киеве. Ему удалось убедить немцев, что он не просто чех, а фольксдойче (то есть местный немец), благодаря чему он оказался в элитарном положении. Кордик был поклонником футбола и, узнав о присутствии в городе Трусевича (он был самым известным из оставшихся в Киеве футболистов) и других спортсменов, он пригласил их работать на хлебозавод с перспективой создания футбольной команды.

На хлебозавод перебралось девять человек, которые и составили ядро будущей команды. Позднее к ним присоединилось ещё несколько футболистов, не работавших на заводе, но желавших играть в футбол. Команда получила название "Старт". Кордик обратился в управу с ходатайством о выдаче формы и спортивного инвентаря и получил одобрение. Команде даже разрешили тренироваться на местном стадионе, который освободили от военнопленных.

Открытие сезона состоялось 7 июня 1942 года, когда "Старт" встретился с "Рухом" — другой киевской командой. Затем команда дважды встретилась с командами венгерских частей, со сборной венгерских частей, с украинской командой "Спорт", с немецкими артиллеристами и железнодорожниками. Во всех встречах она добилась убедительной победы. Все матчи, за исключением первого, прошли на стадионе "Зенит", переименованном в Украинский стадион.

6 августа состоялся первый матч с командой Flakelf (Flak — немецкая зенитная пушка, применявшаяся в частях ПВО). Команда была собрана в основном из числа зенитчиков и прочего персонала ПВО. "Старт" одержал победу со счётом 5:1. Через три дня состоялся матч-реванш, который и вошёл в историю как "матч смерти".

"Матч смерти"

9 августа на стадионе собралось несколько тысяч зрителей. Поддержать своих прибыли немецкие военные, было много военнослужащих люфтваффе, из-за чего позднее в СССР стали считать, что матч проводился с командой немецких лётчиков. На деле это были всё те же солдаты из ПВО, но усиленные хорошими спортсменами из числа аэродромного персонала. Билеты на матч продавались по 5 карбованцев.

Несмотря на усиление немецкого состава, советские спортсмены, в рядах которых было большое количество футболистов высокого уровня, одержали победу. Хотя матч начался не очень удачно и после первого тайма "Старт" уступал со счётом 2:1. Но советские игроки переломили ход игры и в итоге выиграли 5:3. После матча футболисты сфотографировались вместе и разошлись.

Всего на матч (согласно афишам и воспоминаниям уцелевших участников) было заявлено 15 футболистов. Самым известным из выходивших на поле был вратарь Николай Трусевич, отыгравший несколько сезонов за киевское "Динамо". На тот момент он работал на хлебозаводе. Вторым вратарём был заявлен другой голкипер киевского "Динамо" — Алексей Клименко. Он также работал на хлебозаводе, куда попал при помощи Трусевича.

Кроме того, в заявке на матч были: Михаил Свиридовский — капитан команды "Старт", бывший игрок киевских "Желдора" и "Динамо", но на момент начала войны уже не являвшийся действующим футболистом; Владимир Балакин, до войны выступавший за киевский "Локомотив"; Макар Гончаренко, бывший игрок "Динамо", в 1941 году выступавший за одесский "Спартак"; Павел Комаров, играл за "Динамо"; Фёдор Тютчев, бывший игрок "Динамо", к началу войны завершивший карьеру; Михаил Путистин, экс-футболист "Динамо", завершивший карьеру до войны. Все они работали на хлебозаводе.

Также в матче принимали участие: Василий Сухарев — игрок киевского "Локомотива", при немцах работал на железной дороге; Лев Гундарев, выступал за киевский "Локомотив", в оккупированном Киеве служил в полиции; Николай Коротких, бывший динамовец, выступавший в 1941 году за "Рот-Фронт", работал поваром в столовой городской управы.

Юрий Чернега, футболист дублирующего состава "Динамо", за основу не играл, при немцах работал в охране городской управы; Георгий Тимофеев, сыграл несколько матчей за "Динамо" в середине 30-х, но основным футболистом не был, завершил карьеру до начала войны, в оккупации работал инструктором по физподготовке в полиции.

Михаил Мельник, играл за киевский "Локомотив"; Иван Кузьменко, игрок киевского "Динамо", работал на хлебозаводе. Вопрос о его участии в "матче смерти" до конца не решён. Согласно сохранившимся афишам, в заявке его не было, но, по воспоминаниям выживших участников матча, на поле присутствовал и даже забил один из мячей.

Александр Ткаченко, бывший динамовец, в Киеве работал на немецкую разведку, предлагая кандидатуры для вербовки агентов. Нет ясности с тем, принимал ли он непосредственное участие именно в том памятном матче. В большинстве остальных матчей он играл в основном составе "Старта".

Аресты

16 августа "Старт" провёл последний матч против "Руха". А уже 18 августа начались аресты футболистов. Первыми были арестованы работавшие на хлебозаводе девять футболистов: Трусевич, Гончаренко, Балакин, Тютчев, Путистин, Комаров, Клименко, Свиридовский, Кузьменко. В начале сентября были арестованы Коротких и Ткаченко, несмотря на то что оба работали на немцев. Балакин вскоре был отпущен, а Тимофеева, Мельника, Чернегу и Сухарева немцы не тронули.

В советское время самой популярной версией о причинах ареста футболистов была месть со стороны немцев. Впервые эта версия была озвучена ещё в 1943 году в советской прессе. Затем её популяризовал известный писатель и большой поклонник футбола Лев Кассиль. В дальнейшем она стала общепринятой, и по мотивам этих событий написано несколько книг и снято немало художественных фильмов.

Однако не совсем понятно, почему футболистов не трогали достаточно долгое время после матча. И почему одних арестовали, а других нет?

Другой популярной версией, скорее даже городской легендой, была версия о подпольной деятельности игроков. Согласно ей, работавшие на хлебозаводе футболисты подсыпали битое стекло в хлеб, но были пойманы. Эта версия совсем уж невероятна, если учесть хотя бы тот факт, что ни один из футболистов не работал непосредственно в цехах (там работали в основном женщины), все спортсмены работали во дворе на погрузочных работах. К тому же эта версия не объясняет, почему вместе с ними были арестованы и те, кто на заводе не работал. Кроме того, ни один из переживших войну футболистов в своих воспоминаниях и интервью ни словом не обмолвился о битом стекле, а нацисты за такую диверсию без особых размышлений расстреляли бы всех подвернувшихся под руку, а не отправили в лагерь.

В действительности спортсмены стали жертвами доноса со стороны некоего Георгия Вячкиса, также известного под именем Жорж. Этот киевлянин литовского происхождения до войны был достаточно известным пловцом. А с приходом немцев начал работать на гестапо и заодно открыл ресторан для немцев.

Вячкис прекрасно знал довоенных футболистов "Динамо" и решил, по всей видимости, заработать несколько баллов в глазах немцев. Он сообщил в гестапо о том, что игроки "Старта" связаны с НКВД. Формально так и было. "Динамо" являлось ведомственной командой НКВД, некоторые футболисты даже имели звания, но это было скорее формальностью. В действительности в органах они обычно не служили. Тем не менее в гестапо разбираться не стали: раз команда НКВД — значит, и её игроки из НКВД. За всеми бывшими или действующими игроками "Динамо" вскоре пришли из гестапо. Именно этим и объясняется тот факт, что Мельника и Сухарева немцы не тронули, т. к. до войны они играли за "Локомотив". Через два дня из гестапо отпустили и Балакина, поскольку он также был игроком "Локомотива", а не "Динамо".

Избежать ареста удалось только Тимофееву и Чернеге. Формально Тимофеев тоже был динамовцем, но в основной состав не проходил и сыграл за них всего несколько игр в середине 30-х. По этой причине его могли не знать. Чернега числился в дубле "Динамо", но за основу не играл.

Гестаповцы требовали от арестованных признания в связях с советскими органами и шпионаже. Меньше всего повезло Коротких и Ткаченко. Коротких работал поваром в управе, но хуже всего, что при обыске у него дома нашли фотографию в форме НКВД (в начале 30-х он на протяжении двух лет действительно работал в НКВД) и партийный билет. Поэтому его начали допрашивать с особым пристрастием, и после одного из таких допросов он скончался, по всей видимости, не выдержав избиений. Ткаченко, вербовавший агентов для немецкой разведки, сразу же понял, что его ожидает, и попытался бежать, но был застрелен.

На остальных футболистов не удалось найти никакого компромата. Они провели почти месяц в гестапо, после чего были отправлены в Сырецкий концлагерь.

Дальнейшая судьба

Комендантом Сырецкого лагеря был Пауль Радомски — один из т. н. "старых бойцов", то есть людей, присоединившихся к нацистской партии ещё в первые годы существования. Радомски неплохо знал молодого Гейдриха, но, несмотря на связи и статус старого бойца, не сделал блестящей карьеры. Даже соратники считали его алкогольным дегенератом. Позднее он потерял пост коменданта лагеря из-за того, что напился до полной невменяемости и пытался расстрелять своего собственного адъютанта.

За нарушение дисциплины в лагере практиковались массовые расстрелы. В феврале 1943 года один из заключённых вступил в драку с охранником. Он был застрелен подоспевшими немцами, а с ним и четверо его товарищей. Разъярённый Радомски велел расстрелять в отместку 15 случайных заключённых из этой бригады. Всего в бригаде работало 45 человек, и немцы случайным образом выбрали каждого третьего и тут же расстреляли на глазах у остальных. В число этих 15 человек попали футболисты Трусевич, Клименко и Кузьменко.

Остальные пробыли в лагере ещё почти год. Первым убежал Тютчев, работавший в той же бригаде, которую расстреляли, но по счастливой случайности не попавший в число жертв. Затем групповой побег совершили ещё 16 заключённых, среди которых были футболисты Гончаренко и Свиридовский. Последним осенью 1943 года бежал Путистин. Комаров, как один из ценных заключённых, был отправлен в Германию, где работал на авиазаводе.

Дальнейшие судьбы уцелевших участников матча смерти сложились по-разному. Михаил Свиридовский вскоре после войны ненадолго вернулся к тренерской деятельности, став наставником киевской команды Дома офицеров. В 1964 году был награждён медалью "За боевые заслуги" за участие в том самом матче, который уже стал легендой в СССР. Скончался в 1973 году.

Владимир Балакин после войны некоторое время выступал за киевское "Динамо". После завершения карьеры стал известным детским тренером. Работал в киевской футбольной школе молодёжи. Среди его воспитанников — легендарный футболист и тренер Валерий Лобановский и знаменитый форвард "Динамо" Олег Базилевич. В 1964 году был награждён медалью "За боевые заслуги". Скончался в 1992 году.

Фёдор Тютчев после войны вернулся в Киев. В силу возраста уже не играл в футбол. Умер в 1959 году.

Василий Сухарев после войны перешёл в киевское "Динамо", за которое выступал несколько сезонов. После окончания карьеры работал детским тренером. Некоторое время возглавлял юношескую сборную Украинской ССР по футболу. В 1964 году был награждён медалью "За боевые заслуги". Точная дата смерти неизвестна.

Михаил Путистин после войны работал тренером киевского "Спартака". Затем работал с детскими и юношескими командами. В 1964 году был награждён медалью, однако так её и не получил. По одним данным, отказался сам, по другим, его награждение было отменено. Умер в Киеве в 1981 году.

Лев Гундарев после возвращения в Киев советских войск был задержан за службу в полиции и осуждён к 10 годам в исправительно-трудовых лагерях. Отбыл срок почти полностью, освободился в 1953 году. Остался жить в Казахской ССР, работал на одном из карагандинских стадионов. Позднее вернулся в Киев. Умер в 1994 году.

Павел Комаров был отправлен немцами в Германию, где работал на одном из заводов. После окончания войны отказался возвращаться в СССР и эмигрировал в Канаду, где и остался жить.

Макар Гончаренко после войны возобновил карьеру, выступал за киевское "Динамо", одесский "Черноморец" и херсонский "Спартак". После окончания карьеры работал тренером юношеских команд в киевском СКА. В 1964 году был награждён медалью "За боевые заслуги". Умер в 1997 году последним из всех участников "матча смерти".

Михаил Мельник после войны провёл три сезона за киевское "Динамо", после чего завершил карьеру. В 1964 году был награждён медалью. Скончался через пять лет после этого.

Юрий Чернега, работавший сначала в охране городской управы, а затем разнорабочим в немецкой телеграфной конторе, после прихода советских войск был задержан и осуждён на 10 лет. В 1947 году умер в Каргопольском лагере.

Георгий Тимофеев после возвращения советских войск работал администратором на киностудии. В конце 1944 года был арестован за работу инструктором по физподготовке в полиции, осуждён к 5 годам. Отбывал наказание в Карагандинском лагере. В 1949 году освобождён. Работал тренером детских и юношеских команд в Караганде, в 50-е вернулся в Киев. Умер в 1967 году.

Погибшие в Сырецком лагере футболисты в 1964 году были посмертно награждены медалью "За отвагу". .

Подробнее читайте на ...

динамо работал войны футболистов матч немцев медалью смерти